Нокс давно хотел одного - просто исчезнуть. Закончить с прошлым, забыть лица, которые сам отправил на тот свет, и доживать свои дни где-нибудь в тихом месте, где никто не задаёт вопросов. Он честно пытался. Переехал в маленький городок, купил старый дом у реки, завёл собаку. Но мозг решил иначе.
Деменция пришла незаметно. Сначала забывал, где оставил ключи. Потом начал путать вчерашний день с тем, что было двадцать лет назад. Иногда он просыпался среди ночи и не понимал, в каком году живёт. Имена стирались, лица расплывались. Единственное, что оставалось чётким, это навык. Руки сами брали оружие, палец сам находил спусковой крючок.
И вот в этот момент, когда он уже почти стал чужим для самого себя, случилось то, чего он боялся больше всего. Его сына, которого он не видел много лет, схватили продажные полицейские. Те самые, что когда-то работали на тех же людей, что и Нокс. Они знали, кто он, знали, где искать, и решили свести старые счёты через парня.
Время пошло на часы.
Нокс уже не помнил, как зовут собственного сына. Не помнил, почему тот перестал с ним разговаривать. Но где-то глубоко внутри ещё теплилась одна мысль - защитить. Любой ценой защитить.
Он собрал старую сумку, положил туда то, что руки нашли сами - два пистолета, пару обойм, нож. Вышел из дома, сел в машину и поехал туда, куда тянуло чутьё. По дороге он несколько раз останавливался, потому что забывал, куда именно едет. Перечитывал записки, которые оставлял себе на приборной панели. «Спаси сына. Не верь копам».
Город встретил его дождём и чужими лицами. Он шёл по улицам, и люди сторонились - старик в длинном плаще, с пустым взглядом, но с походкой человека, который точно знает, как убивать. Иногда он спрашивал прохожих, не видели ли они парня, показывал фотографию. Большинство отводили глаза. Некоторые врали.
Он находил тех, кто знал. По одному. В подворотнях, в заброшенных складах, в дешёвых барах. Задавал вопросы спокойно, почти вежливо. И если ответ не нравился, просто нажимал на курок. Без злобы. Как будто выключал свет.
С каждым часом он терял себя всё больше. Уже не понимал, кого ищет и зачем. Но ноги несли вперёд. Пистолет не дрожал.
В финале он стоял в старом ангаре на окраине. Вокруг лежали тела тех, кто встал на пути. Посреди помещения, привязанный к стулу, сидел молодой парень с разбитым лицом. Нокс подошёл ближе. Посмотрел долго. Что-то щёлкнуло внутри.
Парень поднял голову и тихо сказал: «Папа?»
Нокс замер. Пистолет в руке дрогнул впервые за много лет. Он не помнил это лицо. Не помнил этот голос. Но почувствовал - своё. Кровь.
Он разрезал верёвки. Помог встать. Обнял так, как не обнимал никогда раньше. И впервые за долгие годы заплакал, сам не понимая почему.
Они вышли вместе под дождь. Нокс отдал сыну ключи от машины, показал, куда ехать. Сам остался стоять у ворот.
«Уезжай. Не оглядывайся», - сказал он.
«А ты?»
«Я уже всё сделал».
Сын уехал. Нокс смотрел вслед, пока фары не исчезли за поворотом. Потом сел на мокрый асфальт, прислонился спиной к стене и закрыл глаза. Пистолет лежал рядом. Он больше не был нужен.
Последнее дело было закончено.
Читать далее...
Всего отзывов
10